База знаний

Здесь вы можете получить ответы от Павла Пашкова на самые популярные вопросы.

Может ли отстрел медведей провоцировать новые выходы животных к людям?Что нам нужно сделать, чтобы повлиять глобально на экологические проблемы?Рост квот на убийство медведей совпал с расширением индустрии спортивной охотыПравда ли, что лесов в России становится только больше?Почему медведи и как устроен реестр?Как меняется площадь малонарушенных лесов России?Как нужно защищать природу, чтобы добиваться реальных изменений?Что мы предлагаем для решения проблемы?Какая угроза возникла для заповедников?Сколько вообще в России медведей?Почему я выступаю против высаживания лесов «грядками» и критикую современное лесовосстановление?Как дороги влияют на целостность тайги?Интерактивная карта Территорий полного экологического спокойствияПочему петиции в защиту дикой природы не работают?Что исследования говорят о пожарах и дорогах?Как древние леса влияют на климат?Зачем нужна наша онлайн-станция наблюдения за Землей?Как обычный человек может помогать дикой природе?Почему медведи выходят к людям и зависит ли это от кедровых орехов?Что такое Концепция ТПЭС и чем отличается от существующей заповедной системы мира?Что такое Общественные инициативы и как они помогают защищать природу?Что такое древние леса?Что такое «Зелёная страница» и зачем она нужна?Медведей хотят разрешить убивать всю зиму во время спячки

Что такое древние леса?

В нашем проекте «Русская Тайга» мы называем древними лесами крупные естественные лесные экосистемы, преимущественно старовозрастные, которые формировались на протяжении тысяч лет в сложные биогеоценозы дикой природы. На нашей интерактивной карте показаны малонарушенные лесные территории: это большие природные ландшафты, включающие леса и естественные безлесные участки, формирующие общие целостные экосистемы Русской Тайги. В научном понимании существуют понятия старовозрастных и первичных лесов, а также малонарушенных лесных территорий. Это разные, но связанные между собой категории. Мы считаем, что понятие древнего леса лучше формирует общественное восприятие и правильно определяет нашу позицию: именно древние лесные экосистемы необходимо брать под срочную федеральную защиту в масштабе всего государства. Научная ценность таких экосистем заключается в их естественной структуре, непрерывности экологических процессов и сложнейших взаимосвязях между тысячами видов живых организмов. Здесь сохраняются разновозрастные поколения деревьев, мёртвая древесина на разных стадиях разложения, естественные почвенные сообщества, грибные сети, разнообразные микроорганизмы и сложные пищевые цепи. Всё это формируется в результате длительного естественного развития леса. Такие экосистемы обеспечивают местообитания для множества специализированных видов, участвуют в регулировании водного режима, накоплении углерода и поддержании устойчивости природных процессов. Особую ценность представляет целостность древних лесных массивов. Крупные малонарушенные территории позволяют сохранять естественную динамику лесов, включая природные пожары, ветровалы, обновление древесных поколений и восстановление растительности. Здесь могут существовать устойчивые популяции крупных диких животных, которым необходимы огромные пространства для перемещения, размножения и поиска пищи. Разрушение и фрагментация таких территорий нарушают экологические связи, которые формировались на протяжении многих столетий и тысячелетий. При этом возраст отдельного дерева и возраст лесной экосистемы — разные научные характеристики. Даже там, где древостой обновлялся после естественных пожаров, сама лесная экосистема могла сохранять свою природную преемственность тысячелетиями. Поэтому оценивать ценность Русской Тайги исключительно по возрасту деревьев или площади лесного покрова научно неправильно. Именно поэтому мы выступаем за сохранение крупных целостных природных массивов Русской Тайги. Уничтоженную древнюю лесную экосистему невозможно полноценно восстановить простой посадкой деревьев. Можно вырастить новый лес, но для восстановления сложнейших природных взаимосвязей, характерных для старовозрастных экосистем, могут потребоваться столетия, а отдельные утраченные компоненты и процессы могут оказаться невосстановимыми. Наша задача — показать реальное состояние этих территорий, масштабы их разрушения и научно обоснованную необходимость срочной государственной защиты.

Поиск материалов