Я уже много лет выступаю в защиту настоящих древних лесов. Собственно, и моя Концепция Территорий полного экологического спокойствия построена на том, что необходимо срочно выводить остатки раздробленных естественных экосистем в глобальные конгломераты охраняемых природных территорий под статусом абсолютной защиты. Ну а как ещё-то? Вот я публиковал на днях два материала:
— один по исследованиям учёных о том, что люди освоили под себя уже 75% суши планеты, а функционально целостных экосистем и вовсе в мире осталось около 2,8%;
— второй по метаисследованию учёных о сокращении численности животных: за последние 50 лет масса позвоночных видов сократилась примерно на 73%.
Катастрофа же! Самая настоящая катастрофа в масштабе планеты. А весь мир словно и не видит ничего. Мы так гордимся нашими учёными, академиками, называем себя «разумной цивилизацией», эволюцию которой как раз-таки учёные и двигают. Но тут же игнорируем этих самых учёных, если речь заходит об уничтожении нашей собственной среды обитания.
Пора бы уже просыпаться! Нет у человечества времени.
Сегодня хочу поговорить о нашей стране, о могучей России. А точнее, о том, как обстоят у нас дела с настоящими естественными лесами. Та самая древняя Русская Тайга, тысячелетние экосистемы, которые формируют генетическое и физиологическое наследие наземных экосистем. Та самая тайга, которая управляет климатом, затягивает влагу внутрь континентов (биотическая регуляция), наполняет реки.
Что же мы оставили от её плоти? Есть ли ещё что-то, что мы можем защитить?
Давайте сразу обратимся к научным работам. Причём обернёмся вообще на горизонт формирования современной России, когда государство только-только вставало «на рельсы истории». Мне попалось замечательное исследование под названием «Малонарушенные лесные территории Европейского севера России», которое было опубликовано в далёком 2001 году. А работали над ним наши российские учёные.
Исследователи использовали спутниковые снимки, географические карты и полевые обследования, чтобы выявить сохранившиеся крупные природные массивы тайги на Европейском Севере России и Урале. Основным критерием они выбрали природные территории площадью не менее 50 тысяч гектаров и шириной не менее 10 километров. Сразу уточню, что для дикой сложной экосистемы это очень мало! То есть минимальный размер вообще, где виды могут нормально и целостно сосуществовать без каскадной деградации.
Как вы поняли, учёные выбирали территории, которые не должны были быть подвергнуты существенному промышленному преобразованию. В понятие малонарушенной лесной территории включались также естественные болота, озёра и другие экосистемы, образующие единый таёжный комплекс.
Сразу к главному результату исследования: учёные выявили 31,7 млн га крупных малонарушенных лесных территорий на Европейском Севере России.
«Уууу, как много», — скажет рядовой гражданин, для которого и крупное дерево «уже большой лес». Вот только реально это катастрофически мало, тем более что мы говорим о далёких 2000-х годах. Я всегда говорю, что на проблемы нужно смотреть системно и оценивать в масштабе: 31,7 млн га естественных лесов на 2001 год — это всего лишь 13,8% от площади лесной зоны Европейской России. То есть, согласно выводу учёных, уже тогда освоено и раздроблено в стране было порядка 86,2% древних лесов России.
Ничего себе масштаб, правда?
Также, согласно исследованию, в южной части исследованной лесной зоны крупные малонарушенные массивы вообще практически исчезли. Основные сохранившиеся территории находились далеко на севере, преимущественно в труднодоступных местах. Это указывало на глубокое историческое преобразование наиболее доступной части европейской тайги.
Поняли, да, о чём речь? О том, что к началу XXI века лишь считанные проценты древних лесов сохранились на Русском Севере, и те были в крайне труднодоступных районах, куда физически пока человек не мог добраться на тяжёлой лесозаготовительной технике.
Кроме того, согласно этому научному исследованию, на 87% сохранившихся малонарушенных территорий преобладали низкопродуктивные леса. Потенциальный прирост древесины составлял до 1 м³ на гектар в год.
И ещё немного выводов:
На 18% этих территорий потенциальный прирост составлял не более 0,5 м³ на гектар в год. Это значит, что при изъятии древесины отсюда тайга восстанавливается крайне медленно, тяжело, и вырубка лесов, формировавшихся столетиями, не компенсируется даже несколькими десятилетиями молодого лесовосстановления. Причём и обычная модель промышленного лесовыращивания для большинства таких участков экономически и экологически проблематична.
52% сохранившихся малонарушенных лесов вообще относились к притундровым лесам. Их не уничтожили просто потому, что они мало кого интересовали.
- А также 20% территорий, которые обозначили авторы исследования, составляли безлесные болота и водоёмы. То есть от тех 13,8% смело вычитайте ещё 20% — это вообще не леса, а часть связанных экосистем другого типа.
Ну и, конечно же, подчеркну тоже из этого исследования, что возле границ последних крупных массивов уже велись масштабные промышленные рубки. Напомню: на 2001 год — то есть в начале XXI века. А истощение доступных лесов уже выталкивало промышленность в последние естественные массивы. Особенно это отмечалось в Архангельской области. В заключении приведены конкретные районы промышленного давления: водоразделы Северной Двины и Пинеги, Пинеги и Вашки, окрестности Водлозерского национального парка и другие территории. Авторы также фиксировали активизацию геологоразведки и добычи полезных ископаемых на Тимане, Урале и в Предуралье.
Это, кстати, к скептикам сразу, которые нам часто утверждают: «Ууу, тайга растёт, конца и края не видно». Так вот, реально Русский Север, рубеж 2000-х годов — уже был катастрофическим для нашей тайги.
Что уж говорить, если за всё это время шло только интенсивное развитие лесной отрасли и распродажа Русской Тайги в частные руки под всё большее и большее освоение?
А теперь переходим к более свежей научной работе. Я обратился к глобальному исследованию, которое было опубликовано в декабре 2025 года и называется «Intact Forest Landscapes Extent and Change».
Тоже, кстати, наши русские учёные-академики. Никаких «вражеских агентов Госдепа», чтобы наш чиновник мог спать спокойно и не манипулировать «политической подоплёкой».
Это прямое методологическое продолжение работы, начатой в 2001 году. Собственно, поэтому я к нему и обратился! Причём в этом исследовании присутствуют те же авторы, которые были в ранней научной работе. Но на этот раз, учитывая появившиеся новейшие возможности анализа и мониторинга, учёные использовали планетарную спутниковую инвентаризацию, охватывающую Россию и другие лесные регионы мира.
И вот теперь смотрите, какие результаты: с 2000 по 2025 год Россия утратила ещё 53,2 млн гектаров лесных массивов, отвечающих требованиям малонарушенных лесных территорий. Таким образом, доля утраты от уровня 2000 года составляет 19,4% — почти пятая часть исходной площади раздроблена и «освоена».
Данные, как вы поняли, приведены уже в масштабе всей России. Очень качественная научная работа.
По годам получается так: если в 2000-м было порядка 274,4 млн га естественных лесных массивов, то уже в 2025-м осталось всего 221,2 млн га. Это катастрофическое падение за такой маленький срок! То есть за столетие сведут до нуля при таких темпах хищнических рубок. И это при том, что до 2000 года уже всё было на грани катастрофы.
По площади получается, Россия всего за четверть века утратила статус малонарушенных территорий на площади более 532 тысяч км² — это больше площади Испании. По абсолютному сокращению площади таких лесов наша страна занимает первое место среди исследованных стран.
И интересно, что на всей планете утрата также идёт с бешеной скоростью: исчезло около 194,7 млн гектаров малонарушенных лесных территорий. В 2000 году их площадь оценивалась в 1 280,9 млн гектаров, а к 2025 году — в 1 086,2 млн. Сокращение составило 15,2%, что сопоставимо с территорией Мексики. Это уже оценка по всем лесам: и бореальному поясу — наша Русская Тайга, и по южному — тропическим лесам.
И под конец материала приведу заключительные данные: к 2025 году малонарушенные лесные территории занимали только 8,4% свободной ото льда суши Земли. А на Россию приходится около одной пятой мирового остатка, то есть состояние российских лесных экосистем имеет непосредственное планетарное значение.
О чём я вам, соратники, постоянно и говорю! Я хочу видеть нашу страну — Россией заповедной. Хочу, чтобы мы стали первым государством в мире, которое возьмётся за защиту природы и развернёт Территории полного экологического спокойствия (ТПЭС).
А если ничего не менять, то при действующем курсе к концу столетия в стране не останется вообще настоящих древних лесов. Мы раздробим и уничтожим последние.
Сейчас мы рассмотрели с вами именно Русский Север и Европейскую часть России. В следующем материале я предлагаю вместе изучить ситуацию в Сибири и на Дальнем Востоке, чтобы составить полноценную картину того, что реально происходит с Русской Тайгой.
Не вот эти все сплетни чиновников о «растущих непомерно лесах, увеличивающихся в площади», а о настоящей ситуации с тем, в каком состоянии находится Русская Тайга.
Распространите данный материал! И не прекращайте борьбу за Жизнь. Мы изменим мир.
© ПАВЕЛ ПАШКОВ
Поддержите борьбу!
Самое трудное в наше время — оставаться независимыми от власти и бизнеса! Вся деятельность ведётся полностью своими силами. Будьте с нами и поддержите нашу Миссию по защите дикой природы.
Хочу поддержать!Принимайте участие
На постоянной основе мы с вами запускаем Общественные инициативы в защиту дикой природы, чтобы добиваться реальных изменений. Присоединяйтесь к этой работе и помогайте менять мир к лучшему.
Изучить инициативыКонцепция ТПЭС
Мы добиваемся изменения заповедной системы во всем мире — необходимо создавать Территории полного экологического спокойствия (ТПЭС). Дикой природе нужны убежища от человека! Это один из ключевых путей выхода из планетарного экологического кризиса и предотвращения дальнейшего коллапса экосистем.
Узнать подробнее