Таежные заметки: «Встреча с браконьерами»

Таежные заметки: «Встреча с браконьерами»

Я приехал в деревню один. Федор, мой оператор, был занят и остался в большом городе. Сезон экспедиций был закрыт, наступила зима. В этом году она лютует, пурга и сугробы. Люблю такую погоду! Вообще север люблю, он наполняет и воспитывает.

Деревенька находится во Владимирской области, добираться до нее тяжело. Из местных жителей осталось несколько семей да старики. Дорогу к ним чистят редко, бывает снег линии электропередач валит и тогда даже света нет. Топятся дровами, у всех печи да бани старенькие! Я на своем стареньком внедорожнике пробрался с трудом, несколько раз машину из колеи наезженной выносило в сугробы, так потом приходилось выходить в пургу да выталкивать самого себя. Хорошо, что опыт большой! Вожу с собой инструмент. В прошлом году две платформы под колеса приобрел, с шипами пластиковыми. Коли застрял где-то кинул да выехал. А еще приходилось на колеса доски цеплять, когда в грязи буксовал. Хороший опыт! Полезный.

Старик Серафим встретил меня улыбаясь. Из дома-то вышел, руки распростер, бородища седая. Деду восьмой десяток лет, матерый, бывалый. Из охотников старых. Детей у него уйма, да никого уже много лет то и не видел. Выросли и разъехались кто куда.

– Ты заходи в дом давай скорее, утром машину откапывать будем! – старик махнул рукой.

– Ага, только рюкзак захвачу! – ответил я.

Домик срубчатый, добротный. Лет двадцать назад поставлен, Серафим говорит, что сам рубил. Не верится даже! Неужто такая силища у старика? Бревна то вон какие, под сотню лет деревьям было. Не меньше!

Мы поужинали и легли спать. Я приехал в деревеньку в гости, пригласили меня к деду, чтобы рассказать про его пасеки. Медом балуется, и брагу медовую ставит часто. Поздней ночью, когда я третий сон видел, дед трясти меня стал. За плечи схватил да шипит грозно.

– А ну вставай Павлуша! Хватит спать! Слышишь! Вставай! – он наклонил голову, в темноте люто выглядит. Я с перепугу деда толкнул да вскочил на ноги.

– Ты чего пугаешь?

– Тише! Помощь твоя нужна. Там во дворе мужики из Москвы, застряли олухи на хамере своем.

– Так и чего? – я натянул свитер и широко зевнул. – Помочь толкнуть что-ли?

– Браконьеры это. Лося тащат, даже разделать не смогли сволочи. За лапы привязали и к машине. Их там пятеро. Нужно бы как-то Игоря предупредить, а связи у нас нет.

– Какого Игоря?

– Лесника нашего, он на Луговом живет, на хуторе. Недалече отсюда. Ты займи гостей то, попридержи их здесь! А я за помощью. Уйдут сволочи без наказания и лось за зря убит. Нельзя спуску давать!

Серафим ушел через сени, на лыжах пошел. Тайга называются, широченные. Я взглядом проводил его да на улицу пошел, к браконьерам. Пятеро мужиков укутавшись в камуфляжные одежды, громко пытаются вытолкать здоровенный хамер из снега. Машина тяжелая, зарылась, тут только трактором тянуть! Иначе бессмысленно. За веревку крепкую к фаркопу автомобиля привязан мертвый лось. Тащат его из самого леса, несчастное животное, итак зимы холодные, так еще и завалили бедолагу.

– Мужики! – я замахал рукой. – Дед за трактором пошел! Пойдем чаю попьем пока!

– Ооо! Чай это здорово, ну погнали! – крикнул один из них и что-то сказал своим. Через несколько секунд вся толпа завалилась в дом. Они стали расхаживать по дому да все осматривать, словно хозяева здесь. Наглые безмерно.

– Ниче так в деревне живете! Ты отсюда? Машина твоя вон там? Меня кстати Серега зовут! – тянет ладонь. Я улыбаюсь, но не пожимаю ее. – Че руку не жмешь? – буркнул здоровяк. Остальные мужики стали пялиться на нас, не спуская глаз. Напряглись.

– Так это, не жму я руку браконьерам то! Лося по что завалили? – я улыбнулся еще шире и указал взглядом на стол. – Садитесь, подождем пока лесников. Под суд пойдете вместе с хамером своим!

– Ты че, выродок?! – завопил другой мужчина, видимо самый старый из них. На вид лет пятьдесят, коренастый, морда наглая. – Ты кому щас хуйню городишь? Кто я такой, знаешь?

– Ну кто?

– Сюда смотри придурок! – он лезет во внутренний карман куртки и нагло тычет мне удостоверение в лицо. Сотрудник какой-то, я так и не понял, что там, кто там. Он быстро убрал корку и говорит. – Твоя машина на улице? Заводи, щас хамер потащишь! Или вообще отберем ее в пользу государства. Ты понял?

– Покажи еще раз фантик? – парировал я.

– Какой фантик! Корыто свое заводи! Нам ехать нужно!

– Че встали то? – я провел взглядом по мужикам, которые изрядно напряглись. Двое из них уже стоят возле двери, третий, не переставая смотрит в окна, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте. Коренастый что-то втирает мне, я толком и не слушаю. Еще один в недоумении переводит взгляд то на меня, то на коренастого. Чувствую, что напряжение на грани. – Прыгайте за стол! Чай браконьерам наливать не стану, а вот в тепле посидите, подождем лесников.

– Ты деревня, слышишь что я тебе говорю? Здесь сын депутата и менты, ты проблем хочешь? А лося мы убили по лицензии, слыхал про такую?

– Лицензии бывают, но не в феврале. Сроки прошли давно! Молодцы конечно, впятером одного лося завалить. Да могучего какого! А в машине, что у вас? Посмотреть бы нужно, может и там чего есть противозаконного? – ответил я и к печи подошел. Топор возле нее, колун. Я топорище схватил, да топор на плечо положил. – Давайте ка ребят подождем! А там и разберемся, кто из вас депутата сын, кто мент и где вы в феврале лицензию на убийство взяли.

– Топор положи, совсем больной что-ль? – коренастый испугался, видно, глаза забегали. – Псих что-ли? Так у нас стволы есть! Пристрелим же дебил в снегу никто не найдет.

– Ну, так до стволов добежать еще нужно! – усмехнулся я. – Топор быстрее бегает, одного-двух положить успею.

Видел я такое в Сибири, мужики давили на психику, когда кого-то сдержать надобно было. Брали палку покрепче или топор какой, да со всех сил били по чему-нибудь. По столу, по стене или двери. Помню, в детстве отец так делал, когда к нам грабители в дом залезли. Чтобы сдержать их до приезда полиции, он дубину взял да с криком грозным стол разнес, переломал его. Воры так испугались, что с места сдвинуться боялись.

Вот и я, топор вскинул и по столу дедовскому, со всех сил. Колун отскочил, а столу лишь бы что. Чуть сам в себя не попал, убило бы насмерть. Браконьеры переглянулись, и давай ржать во весь дом. Один из них подошел к полу и топор поднял.

– Пусть у меня побудет! Дебил ты какой-то, ей богу! – он засмеялся в голос, остальные поддержали его смехом.

Я только хотел что-то ответить, как на улице раздался шум трактора. Потом крики, яркий свет в окна и в дверь вошли лесники. Игорь, начальник лесничества местного да помощник его, молодой. Оба с оружием, морды кирпичом.

– Полиция на улице ждет, выходим по одному! – рявкнул лесник.

– Фантик свой достанешь? – спросил я у коренастого. – Вдруг поможет?

– Пошел ты! – тихо пробурчал он.

– Че, обосрались? – засмеялся я.

– А ты чего, самый умный что-ли? Руки вперед и выходим. – Игорь посмотрел на меня злобно и кивнул на дверь.

– Так я с дедом же!

– С каким дедом?

– Так с Серафимом, этих держу! – я пожал плечами. За спиной лесника голос Серафима раздался.

– Павлуша со мной, этих забирай, а наших не трожь!

 

Продержали браконьеров до самого утра. В хамере у них нашли пакеты с частями тел убитых животных, вырезали они ценное, а остальное бросали гнить в тайге. Удостоверение коренастый показывать полиции не стал, да и сына депутата, как и ментов, среди браконьеров не оказалось. Просто безмерно наглые богачи, которые развлекались в лесу, убивая животных. Теперь в тюрьму отправятся да штрафы большие, иначе просто никак! И свидетелей много, и преступление очевидное.

Поутру, когда увозили браконьеров, ко мне коренастый повернулся и говорит.

– Убьют однажды тебя, вот так попадешься, и завалят!

Автор: Павел Пашков

 

Павел Пашков

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять